http://forumfiles.ru/files/0011/8f/1b/88186.css
http://forumfiles.ru/files/0011/8f/1b/13981.css
вот же
господитвоюмать
Играть с самим собой - тоже искусство. Джеф, надо возвращаться, слыш.

Советы по выживанию:
Пространство-время: Париж, февраль 2045 года, почти весь месяц нон-стопом метель, температура в районе 5°C, видимость 5 метров, слышимость как в подушку.

Ситуация в игре: #1 - о том, как мы проебали бронетранспортер; #2 - здесь был бы секс, но не случилось; #3 - поле чудес: отгадаете слово? #4 - и тут все запереживали за Скотти;
LYL NEBULA Условия нейтралитета IMPETUS:crossover REPLAY
СЮЖЕТ ПРАВИЛА ПАМЯТКА АНКЕТА ВОПРОСЫ !!!
• 7.09.16 - Мы не труп, мы некроморф. Так что на нашем дрыгающемся и блюющем теле ещё можно станцевать!

• 24.08.16 - Вообще-то, никто не сдох и игра продолжается.

• Бессрочно ваще - КОСЯК В ДИЗАЙНЕ? Пишите Нине. Нина исправит. Нина исправит все, кроме своих баллов по ЕГЭ.

ТВАРИ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ТВАРИ » Париж » [Anri-Jeka-Scott] 21.02.45 'Аллилуйя! И немного Маугли'


[Anri-Jeka-Scott] 21.02.45 'Аллилуйя! И немного Маугли'

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Пространство-время: XIX округ Парижа, какая-то дичь вусмерть заросшая зеленью улица / 21 февраля, 5°С, светит солнце, что-то около полудня.
Обстоятельства: встретились однажды латентный серийный убийца, ужратый французский механик и главная американская мечта в пределах сотни километров. И знаете, как-то не очень обрадовались друг другу.
Участники: Scott A. Moore, Anri River, Jeka.

2

"Природа - это хорошо" - меланхолично размышлял Скотти, короткими перебежками перемещаясь между обросшими мхом и длинными лианами домами. И между прочим, был абсолютно прав: природа это прекрасно. Особенно тогда, когда она не пытается всунуть тебе в зад копье, лапу некроморфа и другие интересные вещи, у которых человеческая задница в принципе не является основным местом обитания. И если обобщить все эти философские измышления, прерываемые матами и попытками слиться в единое целое с ближайшим зданием при любом постороннем шуме, можно смело заявить: Скотту в местных джунглях не нравилось от слова "совсем".
Как минимум потому, что чтобы прийти сюда по доброй воле, нужно было быть максимально ужратым. Или психом. Или конченным дебилом - но такие, так уж повелось, долго не жили. Вымерли в первые же годы после того как на землю напали горбатые пришельцы из космоса, превратившие всех людей в стремные подобия чужих. Только у этих еще росли из плеч какие-то совершенно не модные грабли - поближе познакомившись с парижской флорой и фауной, Скотти решил, что чужие нравятся ему чуточку больше. Просто потому что их не существует. А эти расхаживали себе и исчезать не думали. И хрипели как двигатель атомной подводной лодки на последнем издыхании, заставляющий моряков натужно сраться и каждые пять минут переспрашивать: а не рванет ли?
Какова же была цель этого торжественного визита? Оглядываясь на последние двадцать четыре часа, Скотт ловил себя на мысли, что надо было послать всех в пешее эротическое путешествие до Нью-Йорка и забуриться обратно в родное метро. Но то ли его вовремя черт за язык дернул, то ли захотелось приключений - ну, знаете, что-то поменять в жизни к лучшему, стать героем для миллионов тупых детишек. Факт все равно фактом и оставался: долбаный Мур согласился на долбаное поручение и теперь не очень красиво страдал, обмазывая своим телом мягкие зеленые стены какой-то незнакомой ему улочки. Короче, причины сей авантюры было всего три:
1. Фрэнку нужна была травка.
2. М-м, Фрэнку нужна была травка?
3. Никогда не угадаете - Фрэнку нужна была травка.
Ну конечно, этому эстонцу что-то понадобилось, а страдал как всегда Скотт. Разумеется, из чистейшего альтруизма и по доброй воле, а никак не потому, что ему обещали заплатить. Слово "заплатить" вообще стремительно портило весь романтический образ покинутого судьбой героя, вгоняя американца в тоску и недоумение.
Заслышав издалека странный птичий свист, Скотт насторожился. Он попытался вглядеться в заросли, но зелень на свету пестрила и переливалась всеми цветами радуги, а он не был ни Терминатором, ни Циклопом - словом, совершенно ничего он в зарослях не увидел. А ведь это "что-то" точно было там.
Он попятился, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг - некроморфы вроде бы не шипели (они вообще как-то редко заглядывали в здешние края), стрелы не шелестели. Но интуиция потихоньку подсказывала, что настал тот самый момент Х, когда нужно срочно куда-нибудь спрятаться и не отсвечивать.
Оглядевшись, Скотт обнаружил довольно высокое офисное здание, может бизнес центр в прошлом, может святая святых какой-то бесполезной корпорации и недолго думая, заскочил в потемки холла, все еще прижимаясь к стенам, отбрасывающим густую прохладную тень. Проигнорировав первый этаж, американец поднялся выше и подыскав себе комнату, устроился так, чтобы происходящее за окном ему было видно прекрасно, а его со стороны улицы - так и не различишь.
И все бы хорошо, если бы сразу после в дверях не раздалось задумчивое "Хм".

3

Еще одна зима в проклятой дыре, в коей довелось оказаться Анри за свои злодеяния, близилась к завершению. Не смотря на явные преимущество холодной погоды, заставляющей искать укрытие всем неприкаянным душам и не высовываться, первые теплые лучи солнца давали Ривьеру надежду, словно предвестники искомого им покоя и умиротворения. Мужчина, на время поселившийся в застенках бизнес-центра предвкушал тот трепетный миг, когда погода позволит ему вновь заняться любимым делом – а именно рассадой хризантем, семена которой бережно хранил на протяжении всей зимы и холодов. Омрачало его лишь то, что вместе с теплом, свет небесного светила этого мира неизбежно даст силу и энергию проклятым душам, из года в год снующих в поисках своей жатвы. Как бы ни было прискорбно, его территория вновь может стать спорной, как уже было неоднократно. Безумные начнут сновать, отступая или наступая, защищая свои земли от напасти бездны, нарушая своей суетой тонкие кармические настройки и круша защитные символы, призванные как раз не допустить скверну в эту лесную обитель. Анри откинул суетливые мысли, вновь закрывая глаза и настраиваясь на пустоту мира самопознания. Для запертого в бездне подобное развлечение было одним из тех немногих постоянных и неизменных, что не успевали надоесть за долгие годы. Его мучали вопросы кто он и зачем, ведь, даже у проклятого должна быть суть, миссия, способная вернуть его во всепрощающее лоно и вырвать из пучин кошмаров. Однако даже для познавшего все могущество тьмы, загадка божественного предназначения оставалась сокрыта пеленой абсолютного молчания. Бог здесь не властвовал, впрочем, этот вывод можно было сделать и без медитаций, просто глянув в окно в любое время суток.

Энергичный и легкий шаг гулким эхом пролетел по пустынным коридорам, заставляя Ривьера на время прекратить свое самопознание и самосовершенствование. Открыв глаза и прислушавшись, оккультист медленно вдохнул затхлый воздух. Ощущение чьего-то присутствия не покидало его. Как человеку, который никого не ждет уже очень долгое время, подобное ощущение слегка отдавало растерянностью смешанной с тщетной попыткой разума уверить в то, что это лишь остаточная злая энергия, и раз она взяла верх – медитация не удалась, нужно пробовать вновь, но перед этим пройти обряд очищения через лед и воду.  Инстинкты же говорили об обратном – никакая это нахрен не энергия. Внизу кто-то есть, и этот кто-то пришел сюда не просто так. И верно – дикари обходили небольшой клочок Анри десятой дорогой, изредка лишь заходя в прошлом наворовать цветов для своих брачных обрядов, однако и подобные прецеденты были не столь часты – междоусобица с Еретиком быстро привила им здравую идею не лезть к тому, кого не понимаешь, как убить. Возможно, то был один из проклятых, и подобное омрачало Анри – придется выманивать заблудшую душу и уводить подальше в леса, пока тот не потеряется и не забудет дорогу. Выглянув в окно, мужчина обвел взглядом все тот же несменяемый пустынный пейзаж, без каких либо намеков на то, что проклятые души пошли крупным скоплением.

Минутная слабость миновала, и план как действовать в ситуации, что не возникали довольно долгое время, был избран. Анри поднялся с пола и обул рваные сапоги, пробираясь на цыпочках к лестнице ведущей вниз. Спустившись на этаж, Ривьер еще раз втянул воздух грудью. Адреналин в его крови подскочил, словно намекая, что ошибки быть не может, и буквально за углом, в одном из этих кабинетов таится тот, кого он ищет. И верно, В просторном зале начал обустраивать себе логово один из проклятых, не замечая стоящего в проеме хозяина сего здания.

- Хм! - Откашлянул накопившуюся слизь в горле француз, привлекая к себе внимание незваного гостя. Вот сейчас он должен обернуться и увидеть легкую добычу, и, буквально через секунду побежит ее пробовать. Ривьер знал свою территорию наизусть, и был уверен, что и с закрытыми глазами оторвется, как только выберется на улицу. Вот только не мертвый его беспокоил, а свое личное отношение к нему, излишняя самоуверенность и чувство превосходства, никак не вписывающееся в тот образ, что годами воспитывал Еретик в себе. Это не любовь и гуманизм, с искренним желанием помочь уйти от конфликта им обоим, это собственичество и нежелание делить свою территорию с незваным гостем. А еще Анри очень смущал тот факт, что стоя в проходе он крутил ржавый серп, который вообще неясно откуда взялся в его руках.

4

Вчера, в свой день рождения, ты содеял то, чего не делал все десять лет.
Почистил зубы.
Но не переживай, после этого ты все–таки традиционно напился. Это был твой день рождения, в конце концов! Так что, признаться честно, ты не сейчас не особо в курсе, куда завела разгульная жизнь. Ну и черт с ним, тебе итак херово. Основная вещь, которую чувствуешь — нечто среднее между будоражащим "ну нахуй" и саркастичным "когда ж я сдохну?". Подумав, ты решил привычно послать мир туда, где он сейчас  как раз находится, и поспать дальше.
Тяжело поднялся. Помня о сладости ментола, решил не оттирать ценные слюни с щеки. В них была некая ностальгическая ценность. Осмотрел место происшествия: коричневый кафель, поросший мхом, на котором была распластана огромная тряпка. Возможно, на ее историческом пути ей была честь быть полотенцем. Или все–таки пледом — но суть одна, ты отвел ей важнейшую стратегическую позицию, находящуюся где–то между самим тобою и неприлично холодным полом. Рядом была драная женская сумка (источник тряпок и просто запасы на черные дни... как этот) и химическое оружие на случай вторжения — аккуратно сложенные кроссовки, издающие вонь за все годы беззаветного ношения. Повинуясь древним обычаям, ты, центр пост–советского воспитания и вынужденный эскулап традиций хорошего поведения, всегда складывал туфельки рядом. Красивенько.
Во рту кошки не то что насрали, они подготовили ядреную диверсию. Но помня о вчерашнем памятном событии, решил, что в жизни все оплачивается. Кроме апокалипсиса. И выблевался в красивую пирамидальную кучку, стоявшую в ряду с сумкой и обувью. Не очень, честно сказать, художественно, но кажется твоя голова не желает никакого развития событий, иного твоей похмельной агонии. Сознавая это, издал нечленораздельное мычание, преисполненное боли раненного зверя. После, отвлекшись от осознания собственной низменности, ничтожности и прочих вопиющих качеств, заметил еще одного участника комедии — бутылку со спиртосодержащим.
И мир померк, и ты с искренней любовью к ней приложился, и жил ей, и плакал с ней, становился единым, и, в общем, она кончилась. И кончилась очень быстро. Забрав с собой боль и страдания, но это, будем честны, последнее, что тебя сейчас волнует.
Поднялся на ноги, как бабочка, и упал, как пчела. Подскользнулся на блевоте. Попробовал еще раз, вынужденно (а где кстати Распутин?) собрал свои пожитки и отправился встречать безумный внешний мир.
Открыл дверь, и свежий воздух наполнил твои легкие (нет), листочки дерева мерно раскачивались на деревьях, полных силы (нет), и чистое небо мирно и грозно висело в вышине (конечно. нет). Вместо этого всего тебя встретил такой же кафельный пол, заросшее здание с затхлым духом и мужик с серпом, который хмыкал, был недоволен и, в дополнение, был самым известным маньяком всего двадцать первого века.
После недолгих размышлений ты закрыл нахер дверь, вернулся на место (где, кстати, не было ни единого окна), расстелил ложе, разулся и лег обратно. "Ну нахуй" было правее, сдохнуть неохота, а лежачего не бьют, пока!
Да и умирать во сне, вы знаете, легче. Особенно когда бежать некуда.


Вы здесь » ТВАРИ » Париж » [Anri-Jeka-Scott] 21.02.45 'Аллилуйя! И немного Маугли'


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC